Следствие забытых обязательств

11.11.2021

По итогам 2020 года доля «серых» мебельных предприятий выросла почти на 20 % от всего рынка, на нее приходится около 40 млрд руб. В связи с этим в Минпромторг поступило обращение от официальных производителей. Ведь, по сути, у них отбирают честный хлеб. Также, в отличие от официальных производителей, теневые чаще всего даже не знают о нормах безопасности. Нельзя допускать, чтобы опасная мебель вытесняла качественную. Обсуждаем проблему с главой Ассоциации мебельных и деревообрабатывающих предприятий России (АМДПР) Тимуром Иртугановым.

– Тимур Равильевич, расскажите, насколько сейчас тревожна ситуация с нелегальной мебелью?

– В нашей стране не было отмечено каких-то резких скачков, наращивание объемов теневого рынка происходило постепенно и, к сожалению, постоянно. Этот процесс длится многие годы. Когда в 1990-е годы наш рынок еще только формировался, он, в той или иной мере, практически полностью был теневым. Таких предпринимателей называли «гаражниками», они буквально сидели в гаражах на табуретках и сколачивали еще несколько табуреток. Уже потом, спустя определенное время, набрав в финансовом весе, игроки стали выходить в легальное поле.

Но сейчас существуют компании, которые владеют современными цехами по производству мебели, а работать продолжают в тени. Их владельцы пользуются безнаказанностью и невниманием со стороны контролирующих государственных органов. Почему так происходит? Это уже вопрос не к Ассоциации и не к ответственным производителям, это вопрос к тем, кто должен порядок и контроль обеспечивать.

Пользуясь такими «налоговыми преференциями», эти предприятия имеют возможность продавать свою продукцию по более низкой стоимости, чем у легальных конкурентов. У  них другая структура себестоимости. В  структуру себестоимости их продукции не закладываются ни налоги по фонду оплаты труда, ни налоги на добавленную стоимость, ни налоги на прибыль и прочие «глупости». Им эта «ерунда» совершенно не нужна.

Рост доли нелегальных производств могло спровоцировать падение доходов населения, вынуждающее потребителей искать более бюджетные варианты в тени

Тимур Иртуганов.jpg




Тимур Иртуганов
генеральный директор Ассоциации предприятий мебельной и
деревообрабатывающей промышленности России


– Безусловно, нелегальная мебель опасна для людей. Такие производители ни перед кем не отчитываются. И мы знаем массу примеров, когда недовольные потребители обращаются в суд. По всей России в год от людей поступает не один десяток подобных исков.

В процессе рассмотрения таких дел по существу суд всегда привлекает в роли экспертов представителей Роспотребнадзора. Они уже, в свою очередь, обращаются к аккредитованным специалистам. В итоге сертифицированные центры оценивают качество продукции, а не место, где она была изготовлена. То есть они не занимаются поиском промышленных площадок, эту работу должны осуществлять другие организации.


– О каких цифрах может идти речь?

–  Наши специалисты проводили расчеты и выяснили, что себестоимость одной и той же продукции у теневиков на 30–40 % ниже, чем у легальных игроков. Непонятно, каким образом государство собирается обеспечивать равные условия для всех участников рынка. Те, кто платят налоги государству, те кто должны быть защищены, находятся, мягко говоря, в ущемленных условиях. А государство на это закрывает глаза.

Усиление контроля  – это основной шаг, который необходимо сделать. Только он не должен привести к тому, что в результате проведения рейдов проверять будут только ответственных предпринимателей. Проще всего взять список официально зарегистрированных компаний и пройтись по ним, а те, кого в этом списке нет, по-прежнему останутся незамеченными.

Здесь необходимо будет действовать по совершенно четко прозрачному механизму, который всех поставит в равные условия. Или, как мы это понимаем, выведет из тени, а не наоборот – загонит существующий ответственный бизнес в тень.

– Что Вы предлагаете?

– Проблема объемная, большая, острая, и ее нужно решать. Отрасль столкнулась с отсутствием в полной мере работающих инструментов. Хотя, казалось бы, вот он, готовый, давно придуманный инструментарий в лице органов МВД, МЧС, ФНС и т. д. Этим органам исполнительной власти необходимо иметь общую, единую базу, куда каждое ведомство со своей стороны могло бы вносить коррективы.

Основная доля контрафакта приходится на корпусную (кухни и спальни) и мягкую мебель (диваны и кресла)
К примеру, пожарный инспектор не обращает внимания на объемы дохода и количество закупаемой плиты в той организации, где он проводит проверку. Но он точно знает, где расположено это производство. И если он видит, что в цеху работает 100 человек, будет очень полезно этот момент зафиксировать в общей базе. Затем уже, например, сотрудники налоговых органов, просматривая эту базу, могут обнаружить, что официально в этой фирме зарегистрировано 3  человека. И  это будет серьезным основанием для проведения проверки. Предприниматель должен будет объяснять, каким образом остальные 97 человек получают заработную плату.

Причем такие истории в реальности существуют. Но хочу подчеркнуть, это не обязанность Ассоциации  – бегать и заниматься расследованием таких дел, устанавливать факты, чтобы передать их в контролирующие органы. А потом еще и отслеживать, дошло ли все это до какого-то логического завершения. Нет, мы этим не должны заниматься. АМДПР – это не детективное агентство.

В ответ на наши инициативы от отдельных мебельных сообществ приходится слышать реплики такого рода, что, мол, чего мы (Ассоциация) хотим вообще добиться, если в стране 9 компаний из 10 только так и работают. По всей видимости, они имеют в виду исключительно коллег по своему цеху. Создается впечатление, что предприятия, которые являются членами Ассоциации, относятся именно к этой 1/10. Искренне хочу сказать, что ни одного мебельщика в АМДПР такая текущая ситуация не устраивает.

– Результат был достигнут?

– Мы убедились в том, что готовый инструментарий существует, но он не используется эффективно. Других вариантов, которые могли бы обеспечить открытый контроль, к сожалению, нет. Росстат оперирует только теми данными, которые официально представляют предприятия. Здесь каши не сваришь. Недобросовестные игроки не хотят подавать документацию, но деньги зарабатывают при этом. Во время поисков путей решения обсуждался вариант использования возможностей некой системы, которая позволяла бы в обязательном порядке фиксировать все сделки. В  один момент нам казалось, что с этой задачей успешно может справиться система ЛесЕГАИС.

Напомню, что эта система создавалась в 2013  году для учета заготавливаемой древесины и сделок с ней. В 2017 году в ЛесЕГАИС уже вносилась информация не только по круглому лесу, но и по пиломатериалам. Сейчас мы понимаем, что эта система создана для иных целей, чем те, которые преследуем мы. Она создавалась именно для того, чтобы оборот круглого леса стал более прозрачным и, в целом, для наведения порядка в лесозаготовительной сфере. Работа в этом направлении Рослесхозом ведется весьма успешно. Логично, что именно это агентство является оператором системы. Если бы в этой роли выступал Минпромторг, то, конечно, мебельная отрасль имела бы намного больше шансов существовать в рамках ЛесЕГАИС.

– Что не так с ЛесЕГАИС?

– Это действительно очень неудобный инструмент для выполнения наших целей. Могу привести аналогию – это все равно что выстрел из пушки по воробьям. Хочу напомнить: нам в точности не известно, сколько предприятий на сегодняшний день работает в мебельной отрасли. Согласно статистике за 2019  год, официально в России было зарегистрировано 18,5  тыс. юридических лиц и 27  тыс. индивидуальных предпринимателей, занимающихся производством мебели.

Мы понимаем, что эту цифру можно смело разделить на два. Пусть это будут условные 25  тыс. Но вот что означает слово «условно»  – не знает никто, ни одна живая душа. Сколько реально из них занимается реальным производством, до конца не ясно. Как бы то ни было, пусть это будет приблизительно 25 тыс. 95 % из всего этого числа составляют малые предприятия. Таким компаниям крайне проблематично работать с системой ЛесЕГАИС. Они столкнутся с огромным объемом отчетности сразу по нескольким фронтам и, скорее всего, не потянут такие нагрузки. Уточню: я говорю исключительно о размере предприятий, не имея в виду, вбелую они работают или втемную.

В 2019 году в Санкт-Петербурге сотрудники полиции обнаружили склад с контрафактной фурнитурой. Всего сотрудниками было изъято 1300 деталей
Это очень громоздкая система с огромными штрафами, которые предусмотрены за неисполнение требований по формированию отчетов. Их необходимо будет вовремя сдавать после фактически проведенной операции. Произошла закупка партии – формируется отчет, партия размещена на складе  – отчет; даже если это ваш собственный склад, вы обязаны отчитываться, указывая места хранения. Точно так же необходимо отчитываться, если определенная часть поступила в производство. Даже для крупных предприятий это весьма чувствительно, а для малых – страшный удар.

– Расскажите, что конкретно предпринималось?

– Мы рассматривали теоретическую возможность внесения в ЛесЕГАИС древесностружечных плит. Как известно, осенью 2020  года сложилась катастрофическая ситуация с нехваткой ДСП для российских мебельщиков. Имели место прецеденты, когда у дилера за наличные денежные средства перекупали плиту, предназначенную для других компаний. Проблема до сих пор не разрешилась. Вопрос, конечно, уже не настолько остро стоит, но решения все равно нет.

Впервые мы начали рассматривать системно данный вопрос в конце 2019 года. По рекомендации Минпромторга мы обратили свое внимание на QR-кодирование. Однако после детального изучения вопроса мы поняли, что такой подход не решит вопрос, а только создаст дополнительные сложности.

Абсолютно все отрасли, которые в свое время вошли в список подлежащих QR-кодированию, испытывают огромные проблемы, пользуясь этой системой. Они сталкиваются с постоянными техническими сбоями и самыми разными несостыковками в системе.

Производимая «черными» мебельщиками продукция зачастую опасна – нелегальные заводы могут использовать самое дешевое сырье с высоким содержанием ядовитого для человека формальдегида .jpg

Маркировка в нынешней ситуации не нужна мебельной промышленности, она только навредит сектору и создаст огромные трудности абсолютно для всех. Причем в первую очередь проверять будут ответственных предпринимателей – по причине, которую я уже озвучивал ранее.

В итоге мы пришли к другим вариантам. Сложилось понимание, что если установить жесткие рамки контроля над оборотом ДСП на внутреннем рынке, то предприятия вынуждены будут отчитываться перед проверяющими органами. Если фирма производит ДСП, то ее руководство должно будет предоставить информацию о количестве как произведенной, так и проданной плиты. Предприятия, которые напрямую покупают у производителя ДСП, обязаны будут отчитываться по объему купленной плиты и произведенной из нее продукции. Другими словами, если количество проданной продукции не совпадает с количеством закупленного материала, обязательно возникнет необходимость отчитаться и объяснить это.

Рабочая группа официально не создавалась. Но было проведено заседание в Минпромторге, посвященное рассмотрению вариантов решения данной проблемы. К  сожалению, ни к чему конкретному мы не пришли. Будем продолжать копать в данном направлении. Проблему совершенно точно намерены решать. Потому что жить с этим дальше нельзя, будем обращаться во все уполномоченные инстанции. Пусть, в конце концов, вышестоящие органы исполнительной власти контролируют нижестоящие организации, которые обязаны наводить порядок на местах.

– Как, по Вашим оценкам, прошел для Ассоциации 2020 год?

– Пришлось в 2020  году столкнуться с абсурдными ситуациями, когда наши металлурги не продавали металл отечественным предприятиям, а  отправляли его на экспорт. Мебельщики потом вместо того, чтобы покупать товар на внутреннем рынке, вынуждены были импортировать те виды пружинных блоков и фурнитуры, которые в принципе в России производятся. Считаю, что необходимо дальше продвигаться в плане насыщения мебельного рынка фурнитурой отечественного производства. По нашей инициативе в Минпромторге создана межведомственная рабочая группа для регулирования цен на металл и квотирования объема закупок металла у отечественных металлургических комбинатов.

В 2020 году мы смогли реализовать то, над чем работали в течение нескольких лет. Напомню, что полгода не действовало Постановление №  1072 о запрете закупок импортной мебели по 44ФЗ для государственных организаций. Пролонгировать его сразу не получилось, но удалось добиться подписания Постановления №  616. А  оно уже действует бессрочно, таким образом с лихвой окупились все, как кому-то могло показаться, упущения.

Ассоциация постоянно заявляла о необходимости распространения действия вышеназванных ограничений не только на 44-ФЗ, но и на 223-ФЗ, по которому закупки осуществляют государственные корпорации и компании, где доля активов, принадлежащих стране, составляет более 50  %. Соответственно, в декабре 2020 года было подписано постановление (№ 2013 от 03.12.2020), которое устанавливает квоты на закупки по 223ФЗ. Теперь такие организации должны будут не менее 75  % от общего объема закупаемой мебели покупать отечественного производства. С 1 января текущего года оно начало действовать. Учитывая, что на этом рынке закупок еще больше, чем на площадке государственных услуг, то это серьезная наша победа.

Хочу отдельно подчеркнуть, что малым предприятиям не стоит скептически относиться к действию этих постановлений. Для компаний, которые не боятся никаких проверок, инструмент покажет свою эффективность. Любое малое предприятие может реально рассчитывать на заключение договоренностей о поставках. Это могут быть не только офисные помещения, но и ведомственные гостиницы, детские сады и поликлиники. Только мы не берем, конечно, в расчет специальную медицинскую мебель, но больницам требуется и мебель для общественных помещений. Значит, любой неленивый и честный человек может получить заказ независимо от размеров своего производства. Как правило, критикой занимаются в первую очередь те, кто не может даже и мечтать о таких заказах по причине нелегальности своего бизнеса.

Также в мае 2020 года, в довольно сложный для предпринимателей период, было подписано Постановление № 656, благодаря нормам которого мебельщики смогли пользоваться льготными кредитами. Рук мы не опускали  и, как я считаю, выполнили программу максимум.

Беседовал Иван Борисов


Оцените материал:
Читайте также в рубрике
11.05.2022
Сделано в России
29.06.2021
Сделано в России
22.01.2021
Сделано в России
25.12.2020
Сделано в России
23.05.2019
Сделано в России